Что происходит с добычей в России
Из-за блокировки портов на юге российским нефтяникам приходится останавливать промыслы. Это создает риск необратимой потери скважин в Сибири. Как поясняет эксперт нефтегазового рынка Михаил Крутихин, при простое в стволах накапливается парафин, возникают гидратные пробки, а нефть загустевает. Вернуться к таким скважинам после остановки уже невыгодно с коммерческой точки зрения. Положение усугубляется тем, что в скважины раньше закачивали воду: теперь на поверхность поднимается 95% воды и лишь тонкая пленка нефти.
Что дальше: прогнозы и риски
Аналитики Rystad Energy пересмотрели ожидания в сторону понижения: в 2026 году добыча в России, по их прогнозу, составит 8,95 млн баррелей в сутки, а еще через год упадет до 8,6 млн. Во втором полугодии 2023 года России предстоит размещать около 1,4 млн баррелей в сутки, которые нефтеперерабатывающие мощности принять не способны.
Наземные резервуары уже заполнены до такой степени, что сокращение добычи становится неизбежным. Свободные мощности оцениваются всего в 620 тыс. баррелей в сутки, причем значительная их часть приходится на стареющие обводненные скважины, риск потери которых растет при простое. По словам Крутихина,
остановка промыслов вынуждает компании консервировать или ликвидировать скважины.
Ситуация показывает, насколько серьезные вызовы стоят перед российским нефтегазовым сектором на фоне портовой блокады и падающего спроса. С учетом того, что нефтегазовые доходы остаются одной из главных опор российского бюджета, даже временные остановки несут долгосрочные риски. Потеря скважин и сокращение добычи способны ощутимо повлиять на экономику страны, а дальнейшее накопление излишков нефти и снижение объемов производства могут заставить пересматривать стратегию отрасли и повлиять на глобальный энергетический рынок.