Как война в Иране меняет глобальный энергетический ландшафт
Конфликт на территории Ирана спровоцировал мощнейший энергетический кризис, который кардинально трансформирует мировую энергетику. Дэниел Ергин, удостоенный Пулитцеровской премии и занимающий пост вице-председателя S&P Global, охарактеризовал происходящее как «мать всех шоков предложения». По его словам, подорожание нефти напрямую пополняет бюджет России, давая ей дополнительные средства на ведение военных операций. После того как Москва начала военные действия на Украине, цены на энергоносители не оставались высокими долгое время — во многом благодаря американским запасам сланцевого газа и поставкам сжиженного природного газа (СПГ), которые помешали Кремлю использовать газ в качестве рычага давления на Европу.
Ергин подчеркивает, что текущий кризис — это не вопрос перераспределения потоков, а абсолютный дефицит ресурсов. Китай, который обеспечивает себя нефтью за счет импорта на 75%, около половины этих объемов получает транзитом через Ормузский пролив. Примечательно, что Пекин закупает у арабских государств в три раза больше нефти, чем у Ирана. Сильнее всего удар пришелся по Азии: на этот регион приходилось 80% нефти и 90% газа, добываемых в Персидском заливе. Европа тоже ощутила последствия, особенно в сфере авиационного топлива.
Прогнозы и долгосрочные последствия энергетического шока
В ближайшей перспективе Ергин ожидает возвращения угля в некоторых азиатских странах, что может серьезно повлиять на энергобаланс региона. Кроме того, он обращает внимание на стремительно растущее потребление дата-центров: уже сейчас они расходуют около 5% всей электроэнергии в США, а в течение пяти лет эта доля способна увеличиться до 14%. Этот тренд может стать главным барьером для развития искусственного интеллекта в крупнейших технологических корпорациях.
«Доверие по-настоящему замечаешь только тогда, когда его нет. И я вижу, как этот дефицит доверия нарастает — а это делает мир более опасным и непредсказуемым». — Дэниел Ергин
На фоне этих событий, по мнению Ергина, формируется новый миропорядок с элементами неомеркантилизма, где ключевыми приоритетами становятся устойчивость, самодостаточность и диверсификация поставок. Последствия нынешнего энергетического шока могут выразиться в:
- росте издержек
- ускорении инфляции
- новых международных конфликтах
Все это указывает на усиление напряженности в системе альянсов, сложившейся после Второй мировой войны. Такой сценарий заставит страны-импортеры пересмотреть свои энергетические стратегии и политику в области ресурсной безопасности.
Энергетический кризис, вызванный конфликтом в Иране, ставит под угрозу стабильность мирового энергетического рынка, особенно в свете возможной блокировки ключевых торговых путей. Узнайте, как эти события могут повлиять на глобальную энергетику и какие риски они несут для стран, зависящих от поставок нефти и газа, в нашей статье о возможных последствиях блокировки Ормузского пролива.