UA RU EN

Telegram столкнулся с ограничениями в России: хроника событий и параллели с США

Telegram испытывает трудности в России: обзор ключевых моментов и сравнения с ситуацией в США.

Частичная блокировка мессенджера в РФ

С 10 февраля 2025 года Роскомнадзор начал применять частичные ограничения к работе Telegram на территории России. Основанием для этого решения стало поручение президента Владимира Путина о введении дополнительных мер контроля над программным обеспечением, созданным в недружественных государствах. Ранее, в августе 2025 года, ведомство уже сообщало о планах по ограничению не только Telegram, но и WhatsApp. Данный шаг продолжает политику цифрового суверенитета, которая последовательно реализуется в стране в последние годы.

После введения ограничений пользователи из России стали сообщать о сбоях в работе мессенджера, которые продолжались в течение вторых суток. Ещё 9 февраля 2025 года значительное падение трафика было зафиксировано в ряде российских регионов, а к 10 февраля проблемы с доступом достигли Москвы и Санкт-Петербурга.

Иск против IT-гигантов в США

Параллельно в Соединённых Штатах стартовал судебный процесс, ответчиками по которому выступили корпорации Meta Platforms и Alphabet. Иск был подан 20-летней женщиной, известной под инициалами KGM, утверждающей, что использование Instagram и YouTube негативно сказалось на её психическом здоровье. В заявлении указывается, что платформы спровоцировали у истицы развитие зависимости, депрессивного состояния и суицидальных мыслей. Напомним, что Meta Platforms владеет Facebook и Instagram, а Alphabet — Google и YouTube.

Эти события демонстрируют две ключевые мировые тенденции в регулировании цифрового пространства. В России власти усиливают контроль над иностранными технологическими сервисами, что отражает общую геополитическую динамику. В то же время на Западе, и в частности в США, растёт озабоченность влиянием социальных сетей на ментальное благополучие пользователей, что может привести к ужесточению законодательства. Оба случая подчёркивают, насколько серьёзно государства начинают относиться к рискам, связанным с современными коммуникационными платформами.