UA RU EN

Сосед по камере Эпштейна наткнулся на его предсмертную записку: суд решает, обнародовать ли ее

Сосед по камере Эпштейна обнаружил его последние слова: суд обсуждает возможность их публикации. Фото: Главком

Обнаружение предсмертной записки Эпштейна

Бывший сокамерник Джеффри Эпштейна, Николас Тартальоне, заявил, что нашел предсмертную записку финансиста после его первой попытки суицида в июле 2019 года. Как сообщает The New York Times, эта записка была обнаружена примерно за две недели до гибели Эпштейна и до сих пор остается засекреченной в материалах дела Тартальоне. Судья Кеннет Карас обязал стороны предоставить свою позицию по вопросу рассекречивания документа до 4 мая.

Записка была сделана на листе из желтого блокнота и спрятана в книге. Тартальоне пересказал ее содержание:

“Там было написано что-то вроде: 'ФБР расследовало меня месяцами и ничего не нашло... Что вы хотите, чтобы я сделал? Поплакал из-за этого?'”
Официально смерть Эпштейна, которого нашли мертвым в камере 10 августа 2019 года, была признана самоубийством.

Попытки суицида и юридические последствия

В июле 2019 года Эпштейн уже предпринимал попытку самоубийства, и в его камере нашли соответствующие следы. Изначально он обвинил в нападении сокамерника, но позже отказался от этих слов. Федеральные прокуроры заявили, что у них нет подтвержденной информации о существовании упомянутой записки, хотя она фигурирует в документах Министерства юстиции. В связи с этими событиями в США началась проверка Министерства юстиции из-за проблем с публикацией материалов по делу Эпштейна.

Обнаружение предсмертной записки Эпштейна и последующие судебные разбирательства о ее рассекречивании могут серьезно повлиять на расследование его гибели и возможные последствия для Министерства юстиции. Учитывая, что Эпштейн был фигурой, вызывавшей множество споров и вопросов к правосудию, это может также открыть новые грани дела, которое давно привлекает внимание общественности. Важно, чтобы дальнейшие расследования проводились прозрачно, дабы избежать сомнений в законности действий соответствующих органов.