Новые лица иранской власти
После устранения верховного лидера Али Хаменеи реальная власть в стране сосредоточилась в руках радикального крыла Корпуса стражей исламской революции (КСИР). Ключевыми фигурами, определяющими курс, стали сын покойного аятоллы Мохтаба Хаменеи и секретарь Совета национальной безопасности Али Лариджани. При этом официально избранный президент Ирана Пезешкиан полностью отстранён от принятия решений. Подобный переход власти в руки силовиков и наследника отражает глубокий кризис легитимности в иранской политической системе.
Удар по бункеру и региональная эскалация
Рано утром был нанесён повторный удар по резиденции Хаменеи. Израиль подтвердил применение противобункерных бомб по подземному сооружению, где, по данным, могли находиться высокопоставленные лица. Как отмечает эксперт Мазьяр Миан,
“бункер очень велик, это целые тоннели под несколькими улицами. Говорят, там кто-то был. Возможно, кого-то из названных мной уже нет в живых.”
Влияние внутри КСИР, по мнению аналитиков, распределено между различными группировками. Мохтаба Хаменеи, являющийся не только сыном бывшего лидера, но и муллой, обладает значительным авторитетом. Али Лариджани, в свою очередь, печально известен своей ролью в подавлении январских протестов, когда отдавал приказы о расправах. Именно эти два человека сейчас обладают наибольшей властью в Тегеране.
Сложившаяся расстановка сил грозит серьёзными переменами во внутренней политике Ирана, учитывая отсутствие у новых правителей опыта управления на высшем уровне. Лидерство КСИР, особенно под началом Мохтабы Хаменеи и Али Лариджани, с высокой вероятностью ужесточит репрессии против инакомыслящих и активистов. Инцидент с бункером также указывает на рост напряжённости на Ближнем Востоке, что неизбежно скажется на международных отношениях Ирана, в первую очередь с Израилем и западными странами.