Поллиноз в Японии: масштаб бедствия
Аллергический ринит, более известный как сенная лихорадка, достиг в Японии уровня национального кризиса. Корень проблемы — в масштабной высадке всего двух видов быстрорастущих деревьев, предпринятой 70 лет назад. После Второй мировой войны для восстановления лесов были выбраны японский кедр (суги) и японский кипарис (хиноки). Сейчас, когда этим деревьям исполнилось около 30 лет, они начали выделять колоссальное количество пыльцы. В результате аллергией страдает уже 43% жителей страны. В 2023 году правительство официально признало ситуацию национальной социальной проблемой и утвердило план по сокращению объема пыльцы вдвое в течение 30 лет. Ключевая мера — замена нынешних лесных плантаций.
Все началось после войны, когда из-за острой нехватки нефти и газа Япония вырубила огромные массивы естественных лесов. Горы вокруг Токио, Осаки и Кобе остались практически голыми. Чтобы предотвратить эрозию почвы, власти посадили кедр и кипарис. Сегодня плантации хиноки и суги занимают около 10 миллионов гектаров — это пятая часть всей территории Японии. Экономический ущерб от сенной лихорадки в пик сезона оценивается в 1,6 миллиарда долларов ежедневно.
Что делают власти и местные сообщества
Большую роль играют и локальные проекты по восстановлению биоразнообразия. Например, в городке Нишиавакура (префектура Окаяма) площадь лесов из хиноки и суги сократили на 84%. А в Кобе с 2020 года реализуется 15-летняя программа по превращению более 180 гектаров монокультурных насаждений в широколиственные леса. К 2030 году там планируют довести долю охраняемых территорий до 30%. Самый масштабный проект развернут в префектуре Гумма, где намечено преобразовать 10 000 гектаров. В целом правительство определило около 980 000 гектаров лесов как зоны для целенаправленной вырубки и последующего восстановления.
С 2011 года Япония взяла курс на снижение зависимости от импорта лесной продукции. Доля использования собственной древесины выросла с 26% в 2010 году почти до 42% в 2020-м. Для финансирования этих инициатив в 2024 году был введен специальный налог на лесную среду — 1000 иен (около 6 долларов) в год с каждого жителя. Впрочем, отчет за 2023 год показал, что пересаживается лишь 30–40% недавно вырубленных площадей. В Министерстве лесного хозяйства утверждают, что сейчас этот показатель удалось поднять до 50–60%.
«Аллергия на пыльцу стала в Японии общенациональной проблемой здравоохранения. Решать ее нужно безотлагательно».
Норико Сато, профессор и исследователь лесного хозяйства Университета Кюсю
Климатические условия лишь усугубляют кризис. «На распространение пыльцы сильно влияют погодные факторы — температура и ветер», — пояснила Май Сато, представитель Японской метеорологической ассоциации. А политика стимулирования лесозаготовок, по словам Дзюнити Мисибы, координатора лесных проектов Friends of the Earth Japan, приводит к «увеличению площадей вырубок».
Таким образом, эпидемия сенной лихорадки в Японии — это прямой результат долгосрочных экологических и экономических процессов, требующих немедленного вмешательства. Успех правительственных и местных программ по восстановлению лесов может в перспективе существенно улучшить здоровье нации и стабилизировать экологическую обстановку. Однако все зависит от того, насколько эффективно будут реализованы планы по высадке новых деревьев и готово ли население адаптироваться к меняющимся условиям. Крайне важно, чтобы эти меры получили поддержку как на государственном уровне, так и в конкретных сообществах.