Поиски пропавшего солдата
Игорь Решетинский, 27-летний военнослужащий, был мобилизован в Вооруженные силы Украины в 2023 году и направлен в 57-ю отдельную мотострелковую бригаду. После 28 дней подготовки его отправили в Бахмутский район, где он участвовал в уличных боях. Получив контузию, Игорь попал в госпиталь, но 20 мая 2023 года пропал без вести. Его мать, Лариса Задолянская, продолжает его искать.
Находка, дающая надежду, и бюрократические препоны
Примерно под Новый 2024 год Лариса обнаружила в интернете видео, где, вероятно, ее сына с завязанными глазами берут в плен. Позже она нашла и фотографии, на которых Игорь изображен в столовой вместе с другими украинскими военнопленными. Однако официальные органы, в частности районный территориальный центр комплектования (РТЦК), не имеют о нем никаких данных, несмотря на выписку из координационного штаба, где указан статус военнопленного. Подобные коллизии между разными ведомствами, к сожалению, не редкость в таких трагических ситуациях.
“Он пропал 20.05.2023. А видео мы нашли примерно под Новый год. В итоге нам сказали, что у нас нет следователя. Дело передадут другому следователю. Так и перебрасывали нас с места на место. Пока нам не пришло анонимное письмо, что он содержится в Алагинском СИЗО №1 Смоленской области”, — рассказала Лариса.
Лариса также отметила: 'Сейчас я взяла выписку из координационного штаба, чтобы ЦНАП предоставил льготы. И там написано, что он считается военнопленным. А когда я написала заявление в РТЦК на замену статуса, мне ответили, что никаких данных о нем нет. Украина условно признала его военнопленным, так как у вас очень много доказательств.'
История Ларисы Задолянской наглядно показывает, с какими сложностями сталкиваются семьи при поиске пропавших без вести военнослужащих. Отсутствие четкой информации и бюрократические барьеры в общении с официальными структурами создают дополнительные трудности для родных, пытающихся узнать судьбу близких.
“Радует то, что я знаю — он там. Все подтверждает, что он именно там. А когда я показала это видео, где его берут в плен, мне сказали: 'Мы даже не знаем такого сайта. У нас такого сайта нет'. Но мы живем, надеясь, что мы его встретим и все будет хорошо”, — делится надеждой мать.
Вопрос уточнения статусов военнопленных и налаживания четкого межведомственного обмена информацией остается крайне актуальным, учитывая множество подобных случаев, требующих оперативного решения и поддержки со стороны государства.
Сложности, с которыми сталкиваются семьи пропавших без вести военнослужащих, порой приводят к неожиданным открытиям. Например, в другой истории, похороненный солдат оказался живым и в плену, что стало возможным благодаря ДНК-экспертизе. Такие случаи подчеркивают важность тщательного расследования и взаимодействия между различными ведомствами, чтобы избежать трагических ошибок и помочь семьям найти своих близких.