Павел Дуров заявил, что Евросоюз становится банановой республикой

Европейский парламент пробил очередное дно цифровой приватности, проголосовав за закон о массовом сканировании личной переписки граждан — Chat Control.

Официальная вывеска, как всегда, безупречна: борьба с эксплуатацией детей. Но поскольку сломать сквозное шифрование математически сложно, евр bureaucrats решили проблему элегантнее: алгоритмы должны автоматически сканировать контент прямо на вашем устройстве еще до его отправления.

В ответ Павел Дуров репостнул сообщение о «смерти европейской демократии» и нарек Европейский Союз статусом «банановой республики».

Классическая аппаратная разводка

Когда государству нужно легализовать тотальный надзор и залезть вам в смартфон, оно почти всегда достает из рукава беспроигрышный козырь: «подумайте о детях».

Попробуйте выступить против — и вас сразу запишут в тех, кто якобы сочувствует маньякам.

Это старая схема легитимации контроля: морально безупречный повод используется для продвижения инструмента, который затем можно применять значительно шире, чем было заявлено на старте.

Конец европейского мифа о приватности

Ирония ситуации зашкаливает.

Самая Европа годами вносила всем мозг своим жестким законом о защите данных — GDPR. Она штрафовала корпорации на миллиарды за лишнюю галочку в настройках, требовала прозрачности, согласия пользователя и минимизации сбора данных.

ЕС строил из себя главную мировую цитадель цифровой приватности.

А теперь те же самые люди в дорогих костюмах фактически легализуют цифровой паноптикум. Без суда и следствия искусственный интеллект получит право копаться в ваших личных фотографиях, сообщениях и файлах еще до того, как вы их кому-то отправите.

Телефон как следователь на полставки

Дуров абсолютно прав в диагнозе, но немного промахнулся с терминологией.

Это уже не просто банановая республика. Это уютный цифровой концлагерь с хорошим эспрессо и круасанами.

Иллюзия приватности окончательно развеяна. Тайна переписки больше не является неприкосновенной, а ваш собственный телефон теперь официально превращается в следователя на полставки.